Стремление
М. Дюфренн в основном стремится к тому, чтобы описываемый им поэтический опыт не предстал как опыт познания, когда под ним подразумевается опыт духовный; он выступает здесь против Маритена, у которого речь идет хотя и о некой «предсознательной жизни интеллекта», но все-таки интеллекта. Если этот опыт, указывает Дюфренн, не может обойтись без сознания, то тогда он должен быть «сознательным без самосознания». Этот опыт, добавляет он, также не является опытом закрытой субъ-ективности: конкретное чувство, непосредственно включающее поэта в работу н определяемое обычно как любовь, негодование или печаль, само должно быть уже вдохновленным, оно не должно сводиться к одним субъективным измерениям. Поэтому Дюфренн говорит о вдохновении как об интенциональном отношении, подчеркивает его рецептивность, настаивает на экстериорности призыва творить. Вдохновение определяется им, как «призыв произведения, которое нужно сделать» .
Сурио, исходя из тезиса, что каждая вещь существует «по-своему», придавал этому, еще не созданному произведению онтологический статус.
Дюфренн пишет, что при этом речь не идет о мнфе произведения, которое нужно сделать, а лишь о произведении, как о некотором «требовании», «призыве», <<за” мыслс». Вместе с тем и он говорит о каком-то бытни-в-себе произведения, которое художник должен поднять
следующий уровень, утверждая, что совсем пе художник хочет создать произведение, а именно произведение “делается» в нем, «его выбрало, может быть вопреки емУ чтобы воплотиться… его замысел — лишь воля произведения в нем» .