Сартр
Уже у Сартра речь идет не о безличном сознании гус-серлевского или кантовского типа, а о созианпи, или «бы-тии-для-себя», которое становится личностным. Мерло-Понти пошел в этом направлении еще дальше, Дюфренн тоже стремится по-новому определить понятие трансцендентального субъекта, отмечая, что трансцендентальным он становится только при условии, что он прежде был эмпирическим. Хотя он и не отказывается от употребления термипов «субъект» и «объект», тем не менее он считает более правильным употреблять термины «человек» и «мир».
В целом можно сказать, что феноменология в концепции М. Дюфренна вполне определенно предстала в первую очередь как эстетика. Уже у Гуссерля, когда он писал об актах рефлексии, о позпавательном процессе в целом и неизменно указывал, что все эти акты — прежде всего переживаемые, когда он все время стремился восстановить в правах, пусть особую, но чувственную очевидность, уже тогда было ясно, что весь его «истинный позитивизм» слишком похож на эстетический. Многие ею последователи (Хайдеггер, Сартр, Мерло-Понти), начиная с общих философских проблем, впоследствии, как правило, приходили к проблемам эстетики. М. Дюфренн избрал этот путь с самого начала.
Что касается кантовского априоризма, то и здесь Дюфренн идет по пути последовательной психологизации трансцендентального субъекта.