Поэтический опыт
М. Дюфренн отмечает, что поэтический опыт — отнюдь не опыт сознающего себя поэта, потому что тогда поэт будет внимательнее к самому себе, чем к поэме. Из этого состояния «самовнимания» его может вывести только вдохновение. Однако, уточняет Дюфренн, вдохновение не должно пониматься как то, что обрекает поэта на отчуждение, ведет к некоторого рода исступлению, пророчеству, так как это будет образ скорее трагического поэта, чем поэтического. Есть, пишет Дюфрепн, некая Грациозная спонтанность бытия, которая подчиняется своему назначению». Назначение же заключается в том, чтобы стать самим собой, чтобы услышать то, что елУ адресовано. Мир, выражаемый поэтом, составляет его Р, но он возникает лишь в том случае, если поэт верен самому себе, т. е. своему экзистенциальному ац риори.
Надо сказать, что все, что пишет Дюфренн о вдохно вении и воображении и о собственно творческом акте не вероятно запутано и противоречиво. Это, однако, неиз-бежно уже потому, что он пытается соединить самые раз. неплановые подходы к решению интересующих его вопросов. Здесь у него и Спиноза с его различением «природы творящей» и «природы сотворенной», и несколько секуляризованный, но опять же лишь до пантеизма, Шеллинг, и платоновская Муза, и «память» Бергсона, и архетипы неофрейдизма и структурализма, и Башляр с его «снами» и «грезами», и полемика с Марптеном, соседствующая с заимствованием у него многих положений, я много всякого другого.